Общество достатка

Современный мир несёт в себе определённые мифы роста для индивидуума и для масс, в которых он растворён: каким ему быть, каким ему стать, как ему жить. Три на сегодняшний день основных мифа для общества – это идея малого бизнеса, так называемая «идея успеха», идея «среднего класса» и идея «социального государства» — соцобеспечение.

Все эти идеи имеют как свои плюсы, так и минусы, а также и значительную долю лицемерия.

«Идея успеха» рассчитана на индивидуума атомизированного общества, которому внушают, что есть неограниченные возможности достичь успеха благодаря его личным качествам. Фокус в том, чтобы человек поверил, что именно он обладает таким скрытым потенциалом и инициативой, которые позволят ему добиться успеха, подняться на вершину питательной цепи потребительского общества. Эта идея отрицает бедность и утверждает приоритет богатства. Лучше быть богатым и здоровым, чем бедным и больным.При этом от людей не скрывают, что в реальности-то 90% населения любой страны – наёмные работники, что 1% принадлежит 50% всего имущества на земле, что 7-10% склонны к предпринимательской деятельности, а остальные не имеют этих способностей. Людей пытаются убедить в самого разного рода маркетинге: будь то, финансовые пирамиды, маркетинговые сети, малый бизнес. Что именно они эти самые «счастливчики» 7-10%, что стоит рискнуть, чтобы добиться успеха, что будут трудности, но они лишь будут вас закалять и будут лишь ступенькой к заветному олимпу богатства и благополучия. Понятно, что многие люди от безысходности нынешнего буржуазного мира, начинают в это верить. Конечно же, некоторые добиваются успеха. Но большинство в этой игре проигрывают. Однако же их с самого начала предупреждали, что риск велик и можно проиграть.

В реальности же в казино выигрывает только казино. И положение дел статистически практически не меняется. Как было при Карле Марксе – 90% в нужде и заботах, 10% управляют и находятся на вершине социальной пирамиды, так и осталось.

Плюсами этой идеи остаются – позитивный настрой людей на деятельность, на инициативу, на постановку целей; увеличение занятости населения, сокращение безработицы – «малый бизнес» может занять до 50% трудоспособного населения и это самое главное его достоинство. Но весь малый бизнес зависит от расположения государства к малому бизнесу, процентной ставки по кредитам. В нём высокий уровень риска – 80-90% из 100% новых малых бизнесов прогорает в первый год по тем или иным причинам. То есть для большинства этот путь оказывается ложным, приводит людей к депрессиям и полному разочарованию в жизни. Хотя удачных примеров будет достаточно – ведь 10% цифра в глазах индивидуума немалая – чтобы обманываться вновь и вновь. Порочный круг колеса фортуны не остановится никогда.

Идея среднего класса более основательна в сравнении с идеей успеха. Она также отрицает бедность. Она утверждает, что большинство должно жить обеспечено, что богатые не так уж и плохи. В средний класс включаются мелкая буржуазия, трудовая интеллигенция, клерки, служащие, технократы, все кого принято называть «белыми воротничками». Вроде как средний класс должен поглотить со временем и «синие воротнички» благодаря прогрессу, развитию технологий. Он в итоге станет основным гегемоном общества, и классовая борьба будет упразднена. Но дело состоит в том, что верхний класс за последние 30 лет сумел низвести упорно росший средний класс на уровень, который ранее занимал пролетариат. И тем самым, опять же из-за экономических кризисов, привёл положение среднего класса к дилемме классовой борьбы по Марксу: эксплуататоры и эксплуатируемые.

По расчётам Всемирного банка среднемесячный доход представителя среднего класса мирового уровня начинается с 3500 долларов и к данному классу можно отнести всего не более 8 % от всего населения мира (2).

В 2009 году, по оценке Всемирного банка, средний класс России мирового уровня сократился на четверть от пикового докризисного уровня в 12,6 % и составил 9,5 % (2).

Согласно отчёту «Global Wealth Report 2015» швейцарского банка Credit Suisse, в 2015 году в мире насчитывалось 664 млн представителей среднего класса, или 14 % взрослого населения, их активы в совокупности оцениваются в почти треть (32 %) мирового богатства (для сравнения — более половины богатств мира сосредоточено у всего 1 % населения). В Австралии к среднему классу относится 66% населения, в Италии, Британии и Японии – свыше 55%, в США – 38%, в Китае – 11%, в Африке и Индии – 3%, на Украине — менее 1 % (2).

Чтобы условно принадлежать к 10% наиболее богатой части населения мира, в 2015 году нужно было располагать $68 800, к 1% самых богатых — иметь $759 900 (2).

Согласно этому же исследованию Credit Suisse, продолжительное время вплоть до мирового экономического кризиса (2008) доля среднего класса в общем объеме мирового богатства оставалась стабильной, однако затем проявилась глобальная тенденция на его ослабление (2).

Таким образом, реальный средний класс как в мировом, так и в национальном масштабе России — весьма узкая прослойка населения. Большинство населения ещё не скоро станет представителями реального среднего класса, особенно с учётом развивающегося глобального финансового кризиса. В итоге идея «среднего класса» для большинства является не более чем сказкой, недостижимым мифом.

Положительными аспектами формирования среднего класса стало то, что, во-первых, образ представителя среднего класса весьма привлекателен для большинства населения и даёт представление о том, что должен иметь человек, какой доход, какие материальные ценности, чтобы быть причисленным к среднему классу.

Тенденции к современному представлению западным обществом понятия «средний класс» было отражено в отчете Всемирного банка о Перспективах мировой экономики за 2007 г., где средний класс мирового уровня определятся, как группа населения способная покупать импортные товары высокого качества, импортные машины, осуществлять международные путешествия, а также имеет доступ и возможности пользоваться услугами международного уровня, включая высшее образование.

Во-вторых, параметры среднего класса дают государству показатели его экономической стабильности – средний класс растёт, значит с экономикой всё в порядке, средний класс беднеет, значит что-то «прогнило в датском королевстве».

Минус состоит в том, что средний класс не победил и даже в самых развитых экономиках остался слишком зависимым. Большинство так и не стало средним классом, средний класс движется вниз в разрыве между богатыми и бедными. Богатые так и не согласились на этот социальный компромисс. Особенно с крушением для них «советской угрозы». Хищники почуяли, что можно опять творить беспредел.

Идея социального государства была наиболее плодовитой до последних времён и создала вполне себе действенные институты государственного соцобеспечения, которые облегчают жизнь всему обществу (3). Плюсов много: пенсионное обеспечение, четко описанные условия труда и техника безопасности, взвешенные отношения работодателя и работника, бесплатное образование и бесплатная или страховая медицина, высокий уровень заботы о слабо защищённых слоях населения. Там, где это социальное государство хорошо работает, на него хватает бюджета, там самый высокий уровень жизни населения.

Но минусы таковы, что этой идее всё сложней и сложней удерживать свои позиции. Главный минус состоит в том, что каждое улучшение в соцобеспечении, каждую поблажку приходилось и приходится вырывать зубами у правящего класса. И если зубов этих немного и хватка ослабевает, то правящие круги борзеют на глазах, отменяют, сокращают, «оптимизируют» социальное государство до минимума: самый молодой монарх в Европе король Нидерландов Виллем Александр в сентябре 2013 года объявил о конце государства всеобщего благосостояния. Вместо него появится «общество участия» (participation society), предполагающее сокращение социальных расходов государства и перенос социальных расходов на население.

Далее сама идея даёт широкий повод для спекуляций в отношении этого института, так как заявляется, что «государство должно»: «обязано способствовать экономическому и общественному прогрессу всех своих граждан, ибо, в конечном счете, развитие одного выступает условием развития другого, и именно в этом смысле говорится о социальном государстве». Этот подход даёт повод всякого рода противникам идеи размышлять «об иждивенцах» и выставлять общество эдаким бесполезным, бездеятельным объектом, который живёт лишь из милости правящего класса. Мол, человек должен работать и тогда он получит сам всё, что ему нужно. Но это не так изначально, поэтому-то и существует общество, где люди имеют общие интересы и стремятся к общему благу, а не только к индивидуальному.

Как объединить все плюсы этих в принципе прогрессивных идей, давших свои результаты, чтобы сократить все те минусы, что преследуют и стремятся разрушить их достижения?

Идея успеха рисует, каким должен быть индивидуум, идея социального государства показывает каким должно быть государство, идея среднего класса описывает, каким должно быть большинство населения. Всё это приводит нас к такому вопросу: каким должно быть общество? Богатым, бедным, социально справедливым и т.д.

Все три идеи можно свести к одному знаменателю, сложившемуся за полтора столетия – потребительское общество. Однако проблемы этого общества так и не разрешены, соответственно нужны и новые идеи.

Помимо упомянутых трёх идей для масс есть более политизированные концепции, но о них речь в данном случае не идёт. Они требуют в себе участия сознательных пассионарных субъектов, занимающихся непосредственным политическим противостоянием и глубже понимающих социально-экономическое и политическое устройство нынешнего мира.

Здесь именно об идеях, которые они уже опосредованно дают массам, индивидууму из общества, гражданину, человеку.

И вот пришло время предоставить ещё одну такую идею, на основе трёх выше описанных – «общество достатка». Естественно, что она будет ближе к идее среднего класса к общей идее потребительского общества, но не совсем тем же самым.

Потребительское общество учит, что человек должен получать в течение жизни ряд материальных ценностей, которые представляют собой определённый жизненный стандарт, соответствующий текущему времени, моде, образу жизни. Чем мощнее экономика, тем выше потребительский стандарт. Но пока что проблема в том, что стандарт этот не всем доступен, хотя рисуют его маркетологи и рекламщики весьма и весьма красиво. Он существует преимущественно в глянце, а не в реальности. Государство ему в пику составляет совсем другие стандарты потребления – по бюджету, то есть по одёжке протягивай ножки. И тут уже возникает весьма широкий и неприятный диссонанс между ожиданиями индивидуумов и общества и реальностью.

Цели заданы, а возможности ограничены или ограничиваются кем-то. Но цели эти высокие, весьма высокие, а стандарты от государства значительно ниже. Цели же задаются на уровне богатого класса, либо верхних слоёв среднего класса. То есть это то, что могут добиться от силы 2% самых богатых, 10-15% среднего класса, ещё где-то в отдельных странах до 50-60% населения могут добиться среднего уровня стандартов, всего похуже, но похожего на то, что в высоких стандартах и для них этот стандарт нестабилен, сегодня получше, завтра концы с концами опять связать бы. Остальные же остаются не удовлетворёнными вообще, перспектив ноль. Стандарт есть, но гарантий его достижения не так много. Большинство опять за бортом жизни. И начинает заявлять «мы работаем, чтобы жить, а не живём, чтобы работать».

Потребительское общество показывает, чего нужно достигнуть. Но оно не требует от государства и правящих верхов, чтобы это было возможно достигнуть всем. Поэтому общество достатка призвано определить, что обязательно индивидуум достигнет, какой стандарт получит от своей среднестатистической жизни. Насколько высокий, насколько обеспеченный, насколько гарантированный. Это уже вовсе не то требование пенсий или собеса социального государства, которое бедность и нищету не отменяет, это не малый бизнес, которому вообще плевать на нищету и бедность, это не средний класс, который также не упраздняет бедность.

Это общество достатка, которое требует упразднить нищету и бедность. Оно вовсе не советский собес с его уравниловкой, где отрицается богатство. Там упразднялись богатые. Общество достатка не упраздняет богатых. Но требует от них ответственности. Роскошь легитимна, если обеспечивает достаток.

И вот тут уже придётся перейти к тому, что такое достаток. По этому поводу легко спекулировать, мол, что кому достаточно-то? Одному вот этого достаточно, другому нет. И т.д. Затереть эту тему легко.

Однако же бедность и нищету, а также богатство любой в состоянии описать и объяснить. Быть долларовым миллионером – это быть богатым, питаться на 2 доллара в день – это быть абсолютно нищим. Достаток явно далёк от абсолютной нищеты, но также далёк и от абсолютного богатства.

Равнять достаток по среднему классу или потребительскому стандарту сложно, но всё-таки можно. По оценкам состояния доходов населения тоже.

Достаток – это обязательно не бедность и не нищета. Бедный – тот, кто едва сводит концы с концами. Уровень бедности и нищеты определять научились, и статистические данные есть в любом нужном количестве. Соответственно достаток отрицает бедность и нищету и требует их упразднения, чтобы их не было в обществе.

Сам же по себе он является высоким уровнем социального обеспечения и средним уровнем потребительского стандарта. Высокого уровня соцобеспечения достигает развитое социальное государство – и показатели тоже вычисляются ежегодно. Средний уровень потребительского стандарта – это как раз уровень высоких достижений малого бизнеса, менеджеров, работников с высокой зарплатой богатых корпораций, предприятий. То есть верхний слой среднего класса. Это можно сказать высший уровень достатка. Это достаток в идеале, в абсолюте. И он существует, его можно определить, вычислить.

Достаток начинается с тех показателей, где уже не бедность. И он требует высоких норм социального обеспечения от государства. Понятно, что самого высокого достатка добьются не все, но в него заложен определенный стандарт, который уже отрицает бедность и нищету.

И если потребительское общество показывает, чего может достичь индивидуум, то общество достатка требует этих достижений по мере роста производительных сил и богатства государства. А также оно требует упразднения своим стандартом того, что считается бедностью и нищетой.